bibliographymag (bibliographymag) wrote,
bibliographymag
bibliographymag

Category:

Библиоманьяки

«Всё хорошо в меру» – гласит пословица. Её мудрость подтверждалась и подтверждается в самых разных сферах нашей жизни. Сегодня принято бить тревогу по поводу падения интереса к книге и чтению. Но не менее опасна чрезмерная любовь к книге, о чём говорят многие исторические факты. Некоторые из них весьма любопытны и поучительны.
Известен случай, когда английский библиоман ХIХ в. специально пересёк Ла-Манш, чтобы встретиться с французским коллегой: у последнего оказался второй экземпляр книги, каковую англичанин считал единственной в мире, а потому особо гордился, что она принадлежит именно ему. После долгих уговоров и торгов англичанину удалось купить бесценную реликвию за астрономическую сумму. Как только издание перекочевало ему в руки, он швырнул его в камин. Изумлённый француз готов был с кулаками накинуться на визитёра, однако после объяснения странного поступка почти успокоился. Англичанин заявил следующее: «Теперь я уверен, что мой экземпляр действительно уникальный. Примите мою наисердечнейшую благодарность и извинения».
Другой библиоман – итальянец Антонио Мальябекки (родился в 1633 г.) – отличался необыкновенными способностями и любовью книгам, которые проявились у него в юном возрасте, когда он, будучи подручным у зеленщика, выучил грамоту за пару дней у соседа-книготорговца. Последний переманил мальчугана к себе на работу – и не пожалел об этом. Антонио вскоре знал по внешнему виду все книги в лавке, а раз прочитанное запоминал на всю жизнь. Покупатели стали приходить толпами не столько для того, чтобы купить книги (хотя оборот их вырос необычайно), сколько пообщаться с «живой энциклопедией». Великий герцог Флоренции назначил Мальябекки хранителем своей библиотеки. Тут наш герой наконец осуществил свою мечту: изучил все печатные каталоги крупнейших библиотек. В итоге он мог сообщать теперь не только о содержании, но и о местонахождении почти любого фолианта, отпечатанного в Европе за последние два века.
В собственном доме у библиомана книжные завалы начинались с самого порога; во всех комнатах между книжными башнями были проложены узкие проходы. Мальябекки тем не менее прекрасно ориентировался в своих книжных лабиринтах. Как и пристало книгоглотателю, он почти не ел, питаясь за день табачным дымом, парой яиц и осьмушкой хлеба. Одежда его подходила больше жалкому нищему, чем придворному библиотекарю, получавшему неплохое жалованье от всегда расположенного к нему правителя Флоренции. Несмотря на полуголодное существование, этот книжный фанатик сумел дожить до 81 года.
Английский библиоман Ричард Хебер был одержим манией коллекционирования книг с юных лет. Его можно было встретить только в библиотеках, архивах, книжных магазинах и лавках. Когда Хебер узнавал о продаже какого-нибудь уникума, он немедленно мчался туда, стремясь опередить соперников. Если издание считалось редким, то Хебер скупал все поступавшие в продажу экземпляры, дабы они не попали в руки других коллекционеров. Во многих крупных книжных магазинах Европы у него имелись агенты, приобретавшие все новые издания. Никто не знал величины собрания Хебера: одни считали, что полтораста тысяч книг, другие – полмиллиона. Дело в том, что его библиотека размещалась в восьми различных местах. Эти собрания превратились в настоящие кладбища книг. Как только какое-либо издание становилось собственностью, оно переставало его интересовать. В завещании Хебер даже не упомянул о книгах. Наследникам пришлось организовать довольно длительные розыски, чтобы установить, где хранятся все собранные им книги. Библиотека Хебера, если её только можно назвать таковой, была пущена с молотка. Только каталог имел две тысячи страниц, а аукцион длился 252 дня. Наследники выручили сравнительно незначительную часть из той суммы, которую в действительности истратил на книги Хебер.
Не обошла библиомания и Россию. К примеру, живший в Екатеринбурге в конце ХVIII в. богатейший заводчик Турчанинов завёл не только минералогический кабинет с превосходной коллекцией малахитов и оранжерею, где росли бананы, но и огромную библиотеку, которой никогда не пользовался.
А спустя сто лет в Москве объявился точно такой же библиоманьяк по фамилии Зайцевский. Четыре комнаты в его доме в Хлебном переулке были превращены в музей, где действительно имелись первоклассные произведения живописи и прикладного искусства. Что касается книг, то они были свалены в большом сарае во дворе, в том числе и первопечатные произведения типографии Шеффера, сподвижника Иоганна Гутенберга.
Всех, однако, перещеголял итальянский библиофил Пио Каселли. Он посвятил 25 лет тому, чтобы собрать библиотеку самых скучных в мире книг. Достойными занять место на его книжных полках оказались 8600 томов. Были среди них и издания, удостоенные больших похвал литературоведов. В эту «скучную» коллекцию попали произведения и некоего очень популярного современного писателя. Обидившись, писатель вызвал коллекционера на дуэль. Ссора в итоге улеглась, но после этого в библиотеку Каселли вход для любопытствующих посетителей был навсегда закрыт: скучные книги развлекали только их владельца.
Антиподом этих библиоманьяков был знаменитый Чарлз Дарвин. Для удобства работы он, как правило, разрывал книги на части. При этом учёный никогда не покупал книги в переплёте, чтобы не тратить лишние усилия и время на столь привычные операции. С тощими брошюрами Дарвин обращался ещё более сурово, выдирая 1–2 страницы, а остальные – выбрасывал. Впрочем, коллега, тёзка и приятель Дарвина – геолог Чарлз Лайелл, извлёк пользу из привычки нашего героя раздирать толстую книгу. Второе издание «Основ геологии» Лайелла вышло в двух томах. Оно принесло автору бóльший гонорар только потому, что он использовал разодранный Дарвиным экземпляр в качестве образца для разделения толстого однотомника на две части.
К.М. Сухоруков
Tags: статьи из "Библиографии"
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments